Заинтересованность сделок гк рф

07.12.2018 Выкл. Автор admin

Оглавление:

Заинтересованность сделок гк рф

Ссылка не верна или страница была удалена

Если Вы попали на эту страницу, перейдя
по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес.

Для заказа бесплатной демонстрации возможностей информационно-правового обеспечения ГАРАНТ перейдите по ссылке

© ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС», 2018. Система ГАРАНТ выпускается с 1990 года. Компания «Гарант» и ее партнеры являются участниками Российской ассоциации правовой информации ГАРАНТ.

Все права на материалы сайта ГАРАНТ.РУ принадлежат ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС». Полное или частичное воспроизведение материалов возможно только по письменному разрешению правообладателя. Правила использования портала.

Портал ГАРАНТ.РУ зарегистрирован в качестве сетевого издания Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзором), Эл № ФС77-58365 от 18 июня 2014 года.

ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС», 107392, г. Москва, ул. Халтуринская, д. 6А, [email protected]

8-800-200-88-88
(бесплатный междугородный звонок)

Редакция: +7 (495) 647-62-38 (доб. 3145), [email protected]

Отдел рекламы: +7 (495) 647-62-38 (доб. 3161), [email protected] Реклама на портале. Медиакит

Если вы заметили опечатку в тексте,
выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Статья 168 ГК РФ. Недействительность сделки, нарушающей требования закона или иного правового акта

1. За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

2. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Комментарии к ст. 168 ГК РФ

1. Статья устанавливает важный правовой принцип, согласно которому сделка, не соответствующая требованиям норм права, является по общему правилу ничтожной. Это аксиоматичное положение вытекает из сущности и назначения правовой регламентации сделок, ибо при ином решении нормы права утрачивают свое регулирующее воздействие и могут не соблюдаться.

Однако закон может признавать некоторые противоправные сделки не ничтожными, а оспоримыми, а также предусматривать особые последствия их недействительности. Примером являются ст. 162 ГК о последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки и п. 3 ст. 572 ГК о последствиях ничтожного договора дарения.

2. Использованный в статье термин «закон или иные правовые акты» должен толковаться расширительно и охватывать все надлежаще установленные нормы гражданского законодательства РФ, в том числе нормы международного права, которые являются составной частью правовой системы РФ (см. ст. 7 ГК и коммент. к ней).

В последующих статьях ГК есть прямые указания о недействительности сделки, противоречащей банковским правилам (ст. 836). Недействительными должны признаваться условия договора, противоречащие правилам перевозки, издаваемыми транспортными министерствами, и прямое указание об этом дано в ст. 143 УЖД и ст. 126 УАТ.

3. ГК исходит из предпосылки, что нормы действующего права должны быть известны каждому и их незнание или неправильное понимание, т.е. отсутствие вины в действиях сторон, совершивших противоправную сделку, не может исключать ее недействительность. Однако в предусмотренных законом случаях вина и ее степень влияют на правовые последствия недействительной сделки (см. ст. ст. 169, 174, 179 ГК и коммент. к ним).

4. С правовой точки зрения все называемые в ГК случаи недействительности сделок основаны на их несоответствии требованиям законодательства. Однако некоторые из таких сделок признаются ГК не ничтожными, как в ст. 168, а оспоримыми. Это обстоятельство, а также введение особых последствий для отдельных групп недействительных сделок требуют их специального урегулирования в дополнение к общим правилам ст. 168 ГК.

5. В большинстве статей ГК в отношении сделок, нарушающих его нормы, содержатся прямые указания о возможности их оспаривать или о ничтожности сделки.

Указания о ничтожности сделки предусмотрены в ГК при нарушении требований, установленных для договоров дарения (п. 3 ст. 572), аренды и субаренды (п. 2 ст. 618), банковского вклада (п. 2 ст. 836), страхования предпринимательского риска (ст. ст. 933, 951), имущественного страхования (ст. 951).

6. Однако в ряде статей ГК, согласно которым при наличии отступлений от норм ГК сделка признается недействительной, нет указания, является ли она ничтожной или оспоримой. В части первой ГК это п. 4 ст. 339, в части второй ГК — п. 2 ст. 930.

В этих случаях надлежит считать, что сделка является ничтожной в силу правил ст. 168 ГК. Отсылка к этой статье дается в п. 2 ст. 835 ГК для случаев нарушения правил о банковских вкладах, и такая редакция текста ГК является более полной и ясной.

7. Нормы о недействительности определенных категорий сделок, не соответствующих требованиям законодательства, помимо ГК, содержатся во многих других законах РФ: Законе о валютном регулировании, Законе о приватизации, Законе об акционерных обществах, Водном и Лесном кодексах, Семейном кодексе. Некоторые из этих Законов определяют также последствия недействительности сделок.

Водный кодекс (ст. 132) и Лесной кодекс (ст. 112) содержат общую норму, согласно которой сделки, совершенные с нарушением водного (лесного) законодательства Российской Федерации, являются недействительными. В ст. 30 Закона о приватизации приведен перечень нарушений, которые влекут недействительность сделок по приобретению приватизируемых государственных и муниципальных предприятий.

Если конкретные основания и последствия недействительности гражданско-правовых сделок в названных Законах не определены, к таким сделкам должны применяться общие правила по этому вопросу, содержащиеся в гл. 9 ГК, согласно которым не соответствующие законодательству сделки являются ничтожными (ст. 168 ГК), а общим последствием недействительности является двусторонняя реституция (ст. 167 ГК). Однако возможно признание таких сделок совершенными с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК).

8. В ст. 14 Закона о валютном регулировании содержится правило, согласно которому по недействительным в силу этого Закона сделкам все полученное по ним взыскивается в доход государства. Однако Закон не называет отдельные случаи недействительности нарушающих его нормы сделок, а они по своему характеру и последствиям являются различными.

Правовые последствия недействительных сделок определены в ГК, после принятия Закона о валютном регулировании по-разному с учетом характера допущенного нарушения. Валютные сделки являются видом гражданско-правовых сделок, и поэтому следует заключить, что при недействительности валютных сделок их последствия должны определяться не общим правилом ст. 14 Закона о валютном регулировании, а нормами гл. 9 ГК.

9. Согласно ст. 84 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершенная с нарушением предусмотренного законом порядка ее заключения, может быть признана недействительной. При этом заинтересованное лицо несет перед обществом ответственность в размере причиненных ему убытков.

10. В соответствии со ст. 35 Семейного кодекса сделка, совершенная одним из супругов, может быть признана судом недействительной по требованию другого супруга, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии этого супруга на совершение данной сделки.

Недействительность сделок: комментарий к реформе ГК РФ

Лектор разбирает новеллы гражданского законодательства о недействительности сделок. В рамках курса рассматриваются различные основания недействительности сделок, вопросы применения последствий недействительности.

Бевзенко
Роман
Сергеевич

Курс посвящен новой редакции норм Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок (параграф 2 главы 9). Разбирая изменения в законодательстве и доктринальные вопросы, связанные с недействительностью сделок, автор курса приводит практические примеры и анализирует конкретные дела, рассмотренные Президиумом ВАС РФ. Лектор уделяет внимание разъяснениям по вопросам недействительности сделок, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ». Лектор освещает проблемы, которые решаются внесением изменений и дополнений в нормы Гражданского кодекса РФ о недействительности сделок, а также рассуждает об их влиянии на правоприменительную практику. Роман Сергеевич Бевзенко детально разбирает как новые основания недействительности сделок, так и те составы недействительности, которые претерпели изменения в ходе реформы гражданского законодательства.

Недействительность сделок: комментарий к реформе ГК РФ. Введение

Ничтожные и оспоримые сделки

Лектор подробно разбирает понятия ничтожной и оспоримой сделки, на примерах конкретных дел анализирует виды исков при оспаривании сделок. Автор рассматривает установленные законом ограничения при оспаривании сделок, уделяя внимание вопросу о том, какие лица управомоченны обращаться в суд с соответствующим требованием. Также Р. С. Бевзенко освещает вопрос об основаниях оспаривания сделок и комментирует правило о запрете противоречивого поведения при оспаривании сделок (принцип эстоппель).

Ничтожные сделки

Р. С. Бевзенко рассматривает вопрос о том, кто вправе предъявить требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки, а также требование о признании ничтожной сделки недействительной. Лектор приводит примеры применения прежних и ныне действующих правил ст. 166 ГК РФ, демонстрируя, как новая редакция позволит избежать злоупотреблений правом при рассмотрении в суде соответствующих дел. Автор курса также останавливается на условиях применения последствий недействительности ничтожной сделки судом по своей инициативе, обращая внимания слушателей на разъяснения этого вопроса, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2016 № 25. Кроме того, юрист анализирует действие принципа эстоппель применительно к ничтожным сделкам.

Последствия недействительности сделки

Лектор рассматривает изменения ГК РФ, касающиеся общих положений о последствиях недействительности сделки. Р. С. Бевзенко подробно разбирает правило о признании недобросовестным поведения лица после признания оспоримой сделки недействительной, если это лицо знало или должно было знать об основаниях ее недействительности. Также юрист останавливается на применении норм о реституции в ситуации, когда полученное по сделке невозможно возвратить в натуре.
Особое внимание лектор уделяет распространению общих положений об обязательствах на требования, связанные с применением последствий недействительности сделки. В частности, речь идет о правиле о синаллагме (взаимности предоставлений).
Кроме того, Р. С. Бевзенко касается вопроса о ретроспективном и перспективном прекращении сделки и обоснованию экономической целесообразности прекращения действия сделки лишь на будущее время. Также в лекции обсуждается вопрос об ограничении применения последствий недействительности ничтожной сделки в случаях, когда это противоречит основам правопорядка или нравственности.

Недействительность сделки, нарушающий закон

В лекции подробно анализируются условия недействительных сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта. Р. С. Бевзенко приводит примеры неправильного толкования и применения ст. 168 ГК РФ в прежней редакции, которая позволяла признавать сделку ничтожной по формальным основаниям.
Автор курса комментирует новеллы соответствующей статьи ГК РФ, анализируя различия используемых в тексте закона формулировок. Особое внимание лектор уделяет условиям, при которых сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является ничтожной.
Р. С. Бевзенко демонстрирует, что телеологическое толкование гражданско-правовых норм позволяет почти в каждом случае усмотреть нарушение публичных интересов либо прав и охраняемых законом интересов третьих лиц. Кроме того, лектор обращает внимание слушателей на возможность квалификации как ничтожного договора, условия которого противоречат существу законодательного регулирования, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Эта позиция, первоначально выработана в практике ВАС РФ, на сегодняшний день закреплена в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25.

Ничтожность сделки противной добрым нравам

Преподаватель отмечает, что соответствующее основание недействительности наиболее актуально в условиях, когда развитие общественных отношений существенно опережает законодательное регулирование, в силу чего в позитивном праве отсутствуют запреты на совершение определенных действий, противоречащих представлениям общества о должном. Лектор на примере конкретного дела о рейдерском захвате предприятия, рассмотренного Президиумом ВАС РФ, анализирует проблемы применения ст. 169 ГК РФ в прежней редакции. Причиной, по которой арбитражные суды крайне редко обращались к данной статье, автор курса считает то обстоятельство, что в качестве последствия недействительности в ней было предусмотрено взыскание полученного по сделке в доход государства. В этой связи Президиумом ВАС РФ была выработана позиция, позволяющая признавать сделки недействительными по ст. 168 ГК РФ как нарушающие требования ст. 10 ГК РФ о запрете злоупотребления правом. Лектор также комментирует новую редакцию ст. 169 ГК РФ и рассказывает о том, каким образом она повлияла на практику оспаривания сделок.

Мнимые, притворные сделки. Сделка с выходом за пределы правоспособности юридического лица. Сделки без согласия

Р. С. Бевзенко разбирает конструкцию притворной сделки, отмечая, что ранее судебная практика исходила из того, что прикрываемая и прикрывающая сделки должны быть разного вида (например, купля-продажа и дарение, купля-продажа и подряд и т. п.). Однако с внесением изменений в ст. 169 ГК РФ, в соответствии с новой редакцией которой притворной считается также сделка на иных условиях, эта позиция была отвергнута законодателем.
Лектор указывает на проблемы, связанные с квалификацией прикрываемого договора как незаключенного вследствие отсутствия существенных условий, а также с отказом в нотариальном удостоверении притворных сделок.
Другим вопросом, на котором останавливается автор курса, является недействительность сделки юридического лица, совершенной в противоречии с целями его деятельности. Кроме того, Р. С. Бевзенко анализирует вопрос о правовых последствиях отсутствия необходимого в силу закона согласия на совершение сделки. В этой связи лектор обращает внимание слушателей на запрет противоречивого поведения лица, давшего такое согласие, и правило о защите добросовестной стороны сделки.

Сделка, совершенная с нарушениями ограничений и полномочий. Сделка во вред юридического лица. Сделка, совершенная с нарушением запрета распоряжаться имуществом.

Лектор рассматривает вопрос о том, какими документами могут быть ограничены полномочия органа юридического лица на совершение сделки, а также обращает внимание слушателей на разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, согласно которым третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченности этих полномочий.
Р. С. Бевзенко также разбирает новый состав недействительности, сформулированный в п. 2 ст. 174 ГК РФ, — сделка представителя или органа юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. Заменит ли в будущем данная норма правила корпоративного законодательства о крупных сделках и сделках с заинтересованностью. Рассматривая состав недействительности, сформулированный в ст. 174.1 ГК РФ, лектор отмечает, что соответствующие положения закона вводят принцип разделения сделок на обязательственные и распорядительные, а также правило о судебном залоге.

Недействительность сделок, совершенных ограниченно дееспособными гражданами. Недействительность сделок, совершенных под влиянием заблуждения и обмана. Исковая давность и применение новых норм во времени.

Ученый останавливается на новом правиле о признании недействительной по иску попечителя сделки гражданина, впоследствии ограниченного в дееспособности.
Лектор подробно разбирает признаки существенного заблуждения при совершении сделки, уделяя особое внимание обстоятельствам, наличие которых позволяет презюмировать существенность заблуждения. Обсуждая сделки, совершенные под влиянием существенного заблуждения, автор курса также анализирует юридическое значение мотивов совершения сделки и проблему распознавания заблуждения контрагентом. Еще одной новеллой, комментируемой в данной лекции, выступает обман в форме намеренного умолчания об определенных обстоятельствах. Кроме того, в этой лекции Р. С. Бевзенко рассказывает о сроках исковой давности по недействительным сделкам и о действии новой редакции ГК РФ во времени.

Заинтересованность сделок гк рф

Ссылка не верна или страница была удалена

Если Вы попали на эту страницу, перейдя
по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес.

Для заказа бесплатной демонстрации возможностей информационно-правового обеспечения ГАРАНТ перейдите по ссылке

© ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС», 2018. Система ГАРАНТ выпускается с 1990 года. Компания «Гарант» и ее партнеры являются участниками Российской ассоциации правовой информации ГАРАНТ.

Все права на материалы сайта ГАРАНТ.РУ принадлежат ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС». Полное или частичное воспроизведение материалов возможно только по письменному разрешению правообладателя. Правила использования портала.

Портал ГАРАНТ.РУ зарегистрирован в качестве сетевого издания Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзором), Эл № ФС77-58365 от 18 июня 2014 года.

ООО «НПП «ГАРАНТ-СЕРВИС», 107392, г. Москва, ул. Халтуринская, д. 6А, [email protected]

8-800-200-88-88
(бесплатный междугородный звонок)

Редакция: +7 (495) 647-62-38 (доб. 3145), [email protected]

Отдел рекламы: +7 (495) 647-62-38 (доб. 3161), [email protected] Реклама на портале. Медиакит

Если вы заметили опечатку в тексте,
выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Крупные сделки и сделки с заинтересованностью после 1 января 2017 года

Сегодня рассмотрим один из наиболее интересных для юридической общественности нормативных актов «большого летнего пакета» 2016 года – Федеральный закон от 03.07.2016 № 343-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных обществах» и Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» в части регулирования крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность». Краткую информацию по нему Регфорум уже давал «по горячим следам», но сейчас, когда летняя разнеженность потихоньку покидает организмы юристов, стоит присмотреться к новинке попристальнее. В конце концов, нам по ней скоро работать.

Простая истина: во всяком законе, вносящем изменения в действующие нормативные акты, есть что-то главное, ради чего он вообще появился на свет. Это главное – не обязательно конкретная формулировка. С тем же успехом оно может быть общей мыслью, основной целью законопроекта, явствующей из контекста, но что-то такое должно быть непременно. Устранить выявленную проблему, заполнить пробел, исправить ошибку, предоставить преимущества (иногда – вполне официальные, вроде преференций для отечественных производителей, иногда – недокументированные) какой-либо группе людей или организаций, а то и просто отметиться в качестве реформатора законодательства, поменяв местами пару терминов – варианты возможны любые и в любых сочетаниях. Для меня лично анализ любого нововведения начинается с поиска ответа именно на этот основной вопрос: «зачем?». Ну и, конечно, вечное правило «хотели как лучше, а получилось как всегда» даже для самых замечательных проектов никто не отменял, поэтому вторым номером непременно идёт: «и каким боком всё это нам теперь выйдет?».

Предлагаю поискать ответы на эти два вопроса, двигаясь по тексту закона.

Одобрение и согласие

Первое, что попадается на глаза – это лингвистическое уточнение, не влияющее на существо вопроса, но с точки зрения красоты стиля и юридической техники — интересное. «Одобрение» сделок разводят с «согласием» на их совершение. Если предварительное – тогда согласие. Если последующее – одобрение. Мухи отдельно, котлеты отдельно. Проект готовили аккуратные люди, мыслящие системно: терминология выверена по Гражданскому кодексу (см. ст. 26 ГК РФ, ст. 157.1 ГК РФ). Общая постановка задач по внесению изменений в законы об АО и ООО (далее будем называть изменяемые законы этими аббревиатурами) самоочевидна – унификация с Гражданским кодексом. Что появилось в ГК – должно отразиться в законах. Когда «в обществе с числом акционеров 1000 и более» по тексту закона заменяется на «в публичном обществе», это совсем не сюрприз. Просто стоит отметить для себя – и пользоваться отныне нужными терминами в соответствующей ситуации.

Следующая остановка: пункт 2 статьи 69 закона об АО дополняется новым абзацем, с виду совершенно пустым и диспозитивным до безобидности:

«Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров на совершение определенных сделок».

Можно подумать, до этого кто-то не знал о возможности ограничить уставом полномочия руководителя. Знали. Пользовались. Тогда – зачем? И вот – первый шаг к ответу на главный вопрос:

«При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 6 статьи 79 настоящего Федерального закона, по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации».

В абзаце первом пункта 6 статьи 79, на который дана ссылка (замечу – тоже в новой редакции), приведён перечень потенциальных истцов: общество, член совета директоров (наблюдательного совета) общества, или (внимание!) акционеры, владеющие в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества. Список закрытый.

Сравниваем с пунктом 1 статьи 174 ГК РФ: там — «по иску лица, в интересах которого установлены ограничения». Изменения в закон об АО, таким образом, серьёзно ограничивают круг лиц, имеющих право оспаривать сделки (кстати — не только крупные или с заинтересованностью), на совершение которых требовалось согласие или одобрение. Отсечены, в первую очередь, мелкие акционеры – ведь ограничения полномочий руководителя установлены и в их интересах (п. 1 ст. 174 ГК РФ), однако право на оспаривание сделок, совершённых без согласия или последующего одобрения, у них отнято специальной нормой (п. 2 ст. 69 и п.6 ст. 79 закона об АО в редакции, вступающей в силу с 1 января 2017 г.). Члены совета директоров, правда, добавлены – но замена явно неравноценная.

Для ООО всё аналогично, меняются только номера статей и пунктов (новый п. 3.1. ст. 40 и п. 4 ст. 46 закона об ООО в новой редакции).

А вот посмотрите, как изменился абзац второй пункта 1 ст. 75 закона об АО: если раньше владельцы голосующих акций могли (собственно, до 1 января 2017 года ещё могут – мы просто заглядываем в ближайшее будущее) требовать выкупа своих акций обществом в случае, если голосовали против одобрения любой крупной сделки (или не принимали участия в голосовании), то теперь речь идёт только о сделке, предметом которой является имущество, стоимость которого составляет более 50 процентов балансовой стоимости активов общества. По пустякам, как говорится, не беспокоить.

Значит, уже не случайность. Здесь и (забегая вперёд) далее, начинает прослеживаться некоторая тенденция.

Что будет пониматься под «крупной сделкой»

Посмотрите, что происходит в новой редакции законов (разберём на примере статьи 78 закона об АО — статья 46 закона об ООО изменена аналогично) с самим определением крупной сделки.

Хотя новое определение с первого взгляда кажется составленным из кусочков прежнего, как мозаика, на деле речь идёт о серьёзном изменении подхода. Во главу угла ставится такой признак сделки как «выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности». Ранее он не был даже критерием отнесения сделок к крупным, а лишь входил рядовым пунктом в список исключений, к которым нормы об одобрении крупных сделок не применялись – «за исключением сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности общества». Теперь (то есть с 01.01.2017) «выход за пределы обычной хозяйственной деятельности» — обязательное условие, лишь при наличии которого рассматриваются прочие признаки крупности сделки. Бывший главный критерий – стоимость приобретаемых или отчуждаемых активов 25 составляет процентов балансовой стоимости активов общества или более – отступает на второй план, в эти самые «прочие» (обрастая интересными уточнениями и дополнениями наподобие предоставления третьему лицу права использования результата интеллектуальной деятельности на условиях лицензии как возможной разновидности крупных сделок, но принципиально это ничего не меняет).

Что же тогда получается? Законодатель отказывается от формального подхода, основанного на легко проверяемой цифре (25%), в пользу неопределённого «нормальная хозяйственная деятельность». Ради чего? А как раз ради защиты и обеспечения этой самой нормальной хозяйственной деятельности. Вот она – общая цель вносимых изменений, которую мы искали.

Механизм одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью появился в своё время как инструмент контроля за руководителями обществ со стороны собственников: чтобы директора не продавали активы за бесценок своим аффилированным лицам, например. Почему же сейчас он так меняется, причём в сторону смягчения? Может быть, люди в директорских креслах стали порядочнее и заслуживают теперь большего доверия? Или просто всё дело в том, как изменились за прошедшие годы методы корпоративной борьбы? Если раньше в порядке вещей были меры физические, осязаемые, и осуществляли их группы крепких ребят разной степени вооружённости и легитимности, то сейчас игра идёт всё больше в правовом поле, и главную сцену давно уже заняла пара из въедливого юриста и «обиженного акционера», обычно миноритарного. Борьба за корпоративный контроль никуда не исчезла – просто «кошмарят» хозяйственные общества другими способами, в том числе – бесконечным оспариванием их сделок. Так что нынешние поправки, как представляется, оборонительные — от нашего брата юриста и его хитрого напарника с 0,1% акций какого-нибудь АО.

У вас нет даже одного процента голосующих акций? Сделка не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, то есть «не приводит к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов»? Или даже выходит, но попадает в обширный список исключений (см. п.3 ст.78 закона об АО в новой редакции или п.7 ст. 46 закона об ООО, благо — они почти идентичны)? Так чего же вы лезете со своим иском по поводу и без повода? Пусть директор (и общество) спокойно работает.

Заодно, после вступления в силу поправок, больше шансов, что банк, где вы решили кредитоваться, Росреестр, куда подаёте документы, и прочие и прочие, удовольствуются простой справочкой об отсутствии крупности сделки вместо длительной и нередко дорогостоящей в нынешних условиях процедуры согласования или одобрения. Меньше формальностей – больше времени для работы. То есть – для обычной хозяйственной деятельности.

Итак, на вопрос «зачем» мы ответили – и выявленная цель лично мне весьма симпатична.

Переходим к оборотной стороне медали. Провозгласив: «всё, что не убивает хозяйственное общество, делает его сильнее», надо ведь, во-первых, позаботиться и о том, чтобы действительно опасные для общества сделки всё же подпадали под необходимость получения согласия (или одобрения), а во-вторых, хорошо продумать саму процедуру его получения.

Отсюда – изменившиеся критерии оценки и сопоставления цены отчуждаемых активов и балансовой стоимости, чтобы определить – укладывается ли сделка в заветные 25 процентов. За парой исключений (передача имущества общества во временное владение и (или) пользование и передача права использования объектов интеллектуальных прав на условиях лицензии), с 01.01.2017 г. будет действовать новое правило:

«В случае отчуждения или возникновения возможности отчуждения имущества с балансовой стоимостью активов общества сопоставляется наибольшая из двух величин — балансовая стоимость такого имущества либо цена его отчуждения. В случае приобретения имущества с балансовой стоимостью активов общества сопоставляется цена приобретения такого имущества».

То есть рыночная цена приобретает значение, и протащить как «не крупную» сделку с ценным активом, стоящим недорого по балансу, не получится.

Второй существенный момент из категории защитных мер – появление в п.2 ст. 78 закона об АО указания на необходимость подготовки заключения о крупной сделке:

«Совет директоров (наблюдательный совет) общества утверждает заключение о крупной сделке, в котором должны содержаться в том числе информация о предполагаемых последствиях для деятельности общества в результате совершения крупной сделки и оценка целесообразности совершения крупной сделки».

Если совета директоров нет, заключение утверждает единоличный исполнительный орган.

В результате акционеры (в закон об ООО подобного изменения не внесено) голосуют за одобрение крупной сделки не «в тёмную», а имея перед глазами аналитический по природе своей документ, причём – прозрачный, хранимый потом в документах общества. В случае чего – легко поднимаемый из архива и изучаемый: а не соврамши ли те, кто его готовил? Стимулирует на честную игру, не правда ли?

Статьи 79 закона об АО и соответствующие пункты статьи 46 закона об ООО, посвящённые механизму получения согласия (или одобрения) на совершение крупных сделок и их оспаривания, объёмны – поэтому обойдусь без цитирования, отмечу лишь важнейшие моменты, актуальные и для АО, и для ООО:

Специально оговаривается, что по сделкам, предметом которых является имущество стоимостью более 50 процентов балансовой стоимости активов, решение принимается исключительно общим собранием.

Согласие на совершение крупной сделки может быть в некоторой степени рамочным: без указания стороны сделки или выгодоприобретателя, без точной цены (только с параметрами её определения), с альтернативными вариантами, с одобрением сразу ряда аналогичных сделок.

Согласие является срочным: если в решении не указан срок действия, оно, по общему правилу, действует в течение года.

Крупная сделка может быть совершена без предварительного согласия, но под отлагательным условием получения последующего одобрения. «Если только наши акционеры одобрят», — сможет говорить директор после 01.01.2017 г., подписывая внезапно подвернувшийся выгодный договор.

Оспаривание крупных сделок как совершённых с нарушением порядка получения согласия (одобрения) намеренно затрудняется. Про изменение круга потенциальных истцов я уже упоминал – добавим к этому превращение формулировки пункта 6 статьи 79 закона об АО из «при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать» в «при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по данной сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение». (В п.5 ст. 46 закона об ООО наблюдаем аналогичную картину.) Бремя доказывания, таким образом, перекладывается с защищающегося на атакующего, а доказывание таких обстоятельств как «знал – не знал», сами понимаете – дело не самое лёгкое.

Сделки с заинтересованностью

Определившись с общими принципами на примере крупных сделок, со сделками с заинтересованностью разобраться относительно несложно.

Цели внесённых изменений здесь те же – облегчить хозяйственную деятельность обществ, в том числе – за счёт ограничения возможностей миноритариев по оспариванию сделок. Механизмы, в общем, тоже аналогичные (и для АО, и для ООО).

Прежде всего, как и для крупных сделок, поднята планка: если до 1 января 2017 года лицо, имеющее 20 процентов голосующих акций – заинтересованное, то после этой даты (кроме особо выделенных в статье 81 закона об АО акционерных обществ, в которых заинтересовано государство) пороговым значением становится «более 50 процентов». Контролируя, на том или ином основании, это количество голосов в высшем органе управления (вариант — имея право назначать единоличный исполнительный орган или более 50 процентов состава коллегиального), лицо приобретает статус «контролирующего», а общество значится «подконтрольным». «Контролирующее лицо» вошло в список заинтересованных лиц (остальные его пункты, о членах органов управления общества, остались без изменений), а «подконтрольные» заменили собой понятие «аффилированные». (То самое, новое определение которого так и не решились принять депутаты Государственной думы.) Маленькое изменение термина – но большой эффект. Сравните две формулировки:

«Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица…»

«Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):»

Что изменилось? Правильно! С устранением «аффилированных» выпадает стоящее за этим термином понятие «группа лиц», включающее, в том числе, физических лиц, прямо не названных в статье (мой любимый пример – тёща). Сделки с тёщей (как и с другими не перечисленными выше физическими лицами) – больше не сделки с заинтересованностью!

Нет, выросло, явно выросло доверие к директорам обществ! Вот и второе нововведение это подтверждает: сделки с заинтересованностью, собственно, с нового года вообще не обязательно одобрять. Информируйте о заинтересованности общество, оно доведёт информацию до сведения кого положено (в зависимости от того, ООО это или АО – участников, членов органов управления, в ряде случаев — акционеров), а уж те, получив извещение, могут либо потребовать проведения процедуры одобрения, либо не потребовать. И конечно, есть перечень исключений, когда одобрение не требуется вообще (в основном аналогично крупным сделкам), возглавляют который сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества (про компании одного лица или заинтересованность в совершении сделки всех участников можно и не упоминать – это самоочевидно), а замыкают «расходы на канцтовары» — сделки, предметом которых является имущество, цена или балансовая стоимость которого составляет не более 0,1 процента балансовой стоимости активов общества. И разумеется, из числа лиц, которые могут требовать проведения процедуры одобрения сделки с заинтересованностью или оспаривать совершение такой сделки, исключены миноритарии (менее одного процента голосов – не важно, в АО или в ООО).

В общем, здесь баланс явно в пользу заинтересованных лиц. Из уравновешивающих «страшилок» — разве что пункт 3 статьи 84 закона об АО с презумпцией виновности:

«В случае, если на дату заключения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, лицо, указанное в абзаце первом пункта 1 статьи 81 настоящего Федерального закона, нарушило обязанность по уведомлению общества о наступлении обстоятельств, в силу которых указанное лицо может быть признано заинтересованным в соответствии со статьей 82 настоящего Федерального закона, вина указанного лица в причинении обществу такой сделкой убытков предполагается».

Общий же итог: все эти изменения — в пользу обществ. Работайте, не отвлекаясь на бесконечные процедуры. Не бойтесь купить канцтовары на сто рублей у родственника или у тёщи. Не ждите повесток по поводу и без повода от вредного миноритария. Только работайте! Все условия созданы.

На этом всё. Главное, на мой взгляд, выяснено; остальное – технические детали.

Еще по теме:

  • Сфера применения законодательства о защите прав потребителей Сфера применения законодательства о защите прав потребителей Ссылка не верна или страница была удалена Если Вы попали на эту страницу, перейдя по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес. Для заказа бесплатной демонстрации […]
  • Новый коап рф проект Новый коап рф проект Ссылка не верна или страница была удалена Если Вы попали на эту страницу, перейдя по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес. Для заказа бесплатной демонстрации возможностей информационно-правового […]
  • Устав ооо 2018 гарант Устав ооо 2018 гарант Ссылка не верна или страница была удалена Если Вы попали на эту страницу, перейдя по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес. Для заказа бесплатной демонстрации возможностей информационно-правового […]
  • Незаконное проживание иностранцев Незаконное проживание иностранцев Ссылка не верна или страница была удалена Если Вы попали на эту страницу, перейдя по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес. Для заказа бесплатной демонстрации возможностей […]
  • 3171 гк рф применение к авансу 3171 гк рф применение к авансу Ссылка не верна или страница была удалена Если Вы попали на эту страницу, перейдя по ссылке внутри нашего сайта, пожалуйста, сообщите нам неверный адрес. Для заказа бесплатной демонстрации возможностей […]
  • Воинская часть 68192 Воинская часть 54801 — Ставрополь Воинская часть 54801 дислоцируется в городе Ставрополь. Полное ее название – 247 гвардейский десантно-штурмовой Кавказский казачий полк. Направленность – Воздушно-десантные войска (ВДВ) Российской Федерации. Стоит отметить, […]